реклама

Свежие записи

Чучело

Оценка порно рассказа: 9.5

— Ну, не скучайте, мы скоро придем.

С этими словами дверь за родителями захлопнулась. Лена задумчиво посмотрела на полутемную прихожую и вздохнула. Перспектива провести вечер со своим восьмилетним братом ее не особенно радовала, но выхода она не видела. Звонки подружкам оказались безрезультатными: никто придти не мог, новых DVD-шек не было, играть в компьютер не хотелось, на улице дождь… «Книжку что ли почитать», — вяло подумала она. В свои одиннадцать она была довольно начитанным ребенком, к тому же она недавно обнаружила на полках макулатурное собрание Мопассана. То, что она там читала наполняло ее странным чувством — пугающим и приятным одновременно. Это было стыдно, но страшно интересно, это можно было шепотом обсуждать с подружками, краснея и ужасаясь. Да, пожалуй почитать.

— Ленка, Никита галопом влетел в прихожую, я есть хочу.

— Проглот! Тебя ж только что кормили.

— А я — молодой растущий организм, важно заложив ручки за спину заявил Никита, так папа говорит. Давай чай пить.

Закатив глаза, копируя мимику матери, Лена пошла на кухню.

— Доставай хлеб, чучело, потребовала она, ставя чайник на плиту. Кит вприпрыжку носился по кухне, похожий на белобрысый метеор. Девочка с неудовольствием следила за его метаниями.

— Сядь, а то по башке… КИТ!!!

Поздно. Размахивающий руками Кит смахнул почти закипевший чайник с плиты и окатил себя горячей водой, как показалось замершей от страха Лене, с ног до головы. Мальчик еще только открывал рот для крика, как Лена, с удивлением услышала чей-то холодный четкий голос:

— Одежду снимай, быстро.

Кит закричал. Лена, загоняя в глубину души разрастающийся панический ужас, внезапно поняла, что голос принадлежит ей самой. Более того, она обнаружила, что не стоит на месте, а находится рядом с братиком, и, срывая с него рубашку и штанишки, глядит прямо в его огромные, налитые ужасом и болью глаза, и говорит: «Не плачь, маленький, давай в ванну. Ну!» В голове у девочки проносились фразы, случайно вычитанные из маминого медицинского справочика, взятого ею с работы: «Влажные ожоги… Удалить одежду… холодная вода… Анальгетики… Жировая смазка…» Поверхностный осмотр в ванне выявил, что все не так ужастно. Кожа на груди, животе и бедрах была красная и болезненная, кое-где вспухали мелкие пузыри, но «отслоения эпителия» заметно не было. Лена не знала, что такое «эпителий», но она не видела отслоения чего-бы то ни было.

— Все снимай, дурик! — прикрикнула она на братишку, заметив, что он оставил трусики. Кит продолжал плакать, но тот леденящий крик, тот парализующий волю и питающий панику вопль сменился обычным плачем.

Поливая Кита холодным душем, Лена еще раз внимательно его осмотрела. Нет, все более-менее…

— Леночка, мне холодно… — Кит дрожал крупной дрожю и хныкал. И ножка болит и писька…

— Покажи где болит, потребовала Лена, направляя душ на ноги и низ живота мальчика.

— Ту-у-т… Кит опять разревелся.

Лена наклонилась поближе, осторожно раздвинула Киту ноги и приподняла их наверх. Кожа внутренней поверхности бедер была красная, а на яичках вздувался пузырек размером с горошину.

Кит попытался закрыться ладошкой: «Не смотри на меня! Я стесняюсь»

— Стесняюсь… А чайник переворачивать не стесняешься?

— Я случа-а-айно… Кит опять наладился плакать.

— Цыц! Лена аккуратными легкими движениями обмыла промежность и ягодичую складку братика.

— Вылезай и давай в спальню, ложись на кровать.

Лена помогла брату выбраться из ванной, довела его до кровати и стала думать, что делать дальше. Родители были в кино и мобильники повыключали. Mожно было либо звонить бабушке, либо бежать к соседям, либо звонить в скорую. Скорую она, подумав, отмела. Она помнила пьяную бригаду, приехавшую на вызов к дедушке и объяснявшую, что кроме корвалола у них ничего нет. Соседи? Хм… А чем они помогут? Посоветуют в скорую звонить. Ладно, сейчас его намажем мазью, а там и родичи придут. Если ему хуже будет, позвоню 03.

Мальчик лежал на спине на кровати, прикрываясь ладошками, и тихо постанывал.

— Ну ладно, уже не больно, правда?

— Бо-о-льно…

— Где больно? Давай помажем.

Лена открыла банку вазелина, которую она прихватила из медицинского шкафчика в ванне.

— Зде-е-есь…

— Убери руки. Лена снова осторожно приподняла и раздвинула ноги братика. Набрав на пальцы немного вазелина, она стала медленно смазывать кожу внутренней поверхности бедер. Кит перестал хныкать.

— Ну что? Лучше?

— Угу, сквозь слезы сказал мальчик.

— Ну потерпи еще. Добавив вазелина, Лена осторожно начала смазывать мошонку и член Никиты. Он внезапно хихикнул.

— Щекотно… Страх постепенно уходил, сменяясь нежностью и… интересом. Лена внезапно подумала, что писька брата длиной приблизительно с ширину ее ладони.

— А пузо как? Болит?

— Не. Не очень. Попке немножко больно.

Лена. Подняла ноги брата повыше.

— Согни их в коленках и подержи руками.

Осторожно раздвинув брату попку она осмотрела кожу между ягодицами. Красноватая, но ничего страшного. Набрав еще вазелина, она медленно смазала кожу, мимолетно удивившись, какая у Кита смешная розовая дырочка. Интересно, а у меня такая же? Кит притих. Смазав всю обоженную кожу, она опустила ноги Никиты и вдруг обнаружила, что его писька стала длиннее и немного толще.

— Чего это ты?? — спросила она у брата, почувствовав странную пустоту в животе, которую она иногда ощущала, разговаривая с подружками «про это».

Кит смущенно хихикнул.

— А моя колбаска встает, если я с ней играю. А если я с ней долго играю, мне становится очень хорошо. Я даже стоять не могу

— сообщил он. А еще когда мне мама попку моет, она тоже встает.

Лена осторожо потрогала письку брата. Она была теплая и твердая.

— А ты не знаешь почему? — спросила она

— Не-а. А ты?

— Точно не знаю. Девчонки говорили и мама… Лена покраснела и замолчала.

— Чего говорили? Кит с интересом смотрел на сестру.

— Ничего! Маленький еще. Лежи, я пойду на кухне приберу.

Вытерев лужу и прибрав на кухне, Лена вернулась в комнату. Кит лежал, закрыв глаза под простыней и тихо похныкивал.

— Болит, пожаловался он. Когда мама придет?

— Через пару часов. А что?

— Она поцелует и все пройде-е-ет…

— Чучело… Внезапно, Лена наклонилась и поцеловала розовые яички братика.