реклама

Свежие записи

Так, как не бывает : Эротический рассказ

Меня зовут… а вот не скажу. Для рассказа это не важно. Тогда я еще училась в школе, когда обнаружила эту странную и даже немного пугающую свою способность — сливаться с разумом животных. Ну, это, наверное, слишком, с РАЗУМОМ. Нет у них на самом деле разумности, только простейшие мысли и очень яркие чувства. Да и животных — это я лишку хватила. Только млекопитающих, говоря научным языком, но не всех. В кошку мне, например, влезть так и не удалось.

Делается это так. Мне нужен непосредственный контакт с животным, чтобы я его руками могла потрогать, тогда… сложно объяснить, но я его «чувствую» у себя в голове. И если я посмотрю в его глаза, то, стоит только приложить небольшое усилие, и я становлюсь им. Вижу его глазами, слышу его ушами, чувствую запахи его носом… Не зря говорят, что глаза — зеркало души. Это еще и дорога в душу. Сама я в это время цепенею, вроде как в кому впадаю, ни на что не реагирую.

Кроме того, один раз овладев разумом, я могу делать это уже дистанционно, но только если цель недалеко от меня, где-то в радиусе километр-полтора. Я не полностью вытесняю его из тела, поначалу он доминирует, а я — лишь свидетель всех его мыслей, желаний, поступков. Я могу его только подталкивать к чему-то. Если про собаку (а рассказ пойдет о псе), то гавкнуть, например, или лизнуть. Только раза с третьего раза получается по-настоящему контролировать, но его мысли, желания, устремления, я очень отчетливо ощущаю все-равно, и иногда их трудно отличить от моих собственных (например, полизать свою жопу…;)). Я могу полностью брать его под контроль, но могу и пассивно наблюдать. Но чувствую я все время все.

Так вот, жила у нас во дворе женщина. Звали ее… ну, пусть Надей. Красивая, на мой взгляд. Невысокая, с небольшой грудью, но обалденной фигурой. И одевалась она стильно. Она была матерью-одиночкой. Жила с сыном-подростком. В нашем дворе многие девчонки ей восхищались и даже завидовали. Многие распускали про нее разные слухи. И у нее была собака. Точнее, кобель. Дворняга, но крупная, хотя и не гигант. Она звала его Миша.

Как-то мы с девчонками сидели во дворе, лузгали семечки, щебетали о всяком о разном, и к нам подбежал этот Миша. Он был совсем не злой, мы гладили его, трепали за уши, а я взяла его голову в ладони и посмотрела в глаза. Тогда я как раз начинала тренироваться в этом своем необычном навыке. Я слилась с его разумом, ненадолго. Посмотрела на себя его глазами (собаки и правда почти не различают цвета, а вот запахи мое человеческое восприятие видело глазами, и вот они — очень ярких цветов) и вышла. Девчонки вокруг ничего не заметили.

С тех пор я «чувствовала» Мишу, и не раз сливалась с ним просто для тренировки. Обычно уже ночью, перед сном, лежа в кровати. Бегала по квартире, пила воду из миски, все такое. Однажды, я вечером осталась дома одна, родители ушли в гости, вернуться должны были за полночь. Я легла на кровать и уже привычно слилась с разумом Миши.

Они с хозяйкой гуляли на улице. Я дала ему волю, он бегал по двору, делал свои дела, нюхал все подряд. И тут я почувствовала возбуждение. Что-то он такое унюхал. Тут надо сказать, что возбуждение у собак очень сильное, оно охватывает их полностью, но ненадолго.

Потом они вернулись в квартиру. Но я не давала этому возбуждению угаснуть. И он стал приставать к хозяйке, тереться об нее и даже попытался запрыгнуть. Надя отругала его, стукнула пару раз, воспитание взяло верх. Но возбуждению я не дала угаснуть. Член Миши стал набухать (для меня это было дикое ощущение). Когда Надя, раздевшись, села на край своей кровати и включила телек, я запрыгнула на ее ногу и дала волю Мише. Он стал пытаться трахнуть ее ногу.

«Да что это с тобой такое сегодня!» — воскликнула Надя. Она спихнула Мишу со своей ноги, но я была настойчивой. Скулила, терлась об нее, лизала ее руки и совала нос ей между ног. Но Надя не поддавалась на провокации. Она отталкивала Мишу, ругалась, даже била его, но несильно.

Тут я вышла из собачьего разума, все-таки это был долгий и необычный опыт. У меня болела голова, я чувствовала остатки того возбуждения… так приятно ныло внизу живота.

Через два дня я почувствовала себя достаточно хорошо, чтобы повторить попытку. Я сказала родителям, что устала в школе и хочу спать. Заперла дверь в комнату, разделась, легла в кровать под одеяло. Мысленно нащупала Мишу и слилась с ним.

Он лежал на диване, в ногах у хозяйки. Надя смотрела телевизор. Я попыталась пробудить в Мише то возбуждение, что пару дней назад. Не сразу, но у меня получилось. Собачий член напрягся, я немного полизала его, подстегивая процесс. Тогда я встала, носом откинула край одеяла и залезла под него. Надя удивилась такому поведению, но не препятствовала, не прогоняла. Я легла рядом с ней, стала головой тереться о ее бедро. Она стала гладить Мишу, я извернулась так, что она стала гладить живот, а пару минут спустя и член. Она с удивленным возгласом отдернула руку. Но я продолжала ластиться к ней и она опять стала гладить Мишу по животу. Когда она в очередной раз наткнулась на член, уже изрядно набухший, она не одернула руку, а стала заинтересованно его щупать.

Я дала Мише волю и он стал двигать тазом, получилось что Надя ему дрочит (кстати, было приятно). Когда она поняла, что делает, она прекратила, прижала руки к груди. Я сунула нос ей между ног и стала лизать трусики. Надя сначала пыталась оттолкнуть морду Миши, но как-то неуверенно, а я была настойчива. Вскоре Надя уже постанывала. Она вытянула руку и стала опять ласкать Мишин член. Миша уже возбудился по-полной, я тоже. Да и Надя возбудилась. Я встала, откинув одеяло. И стала зубами аккуратно стягивать трусики с нее. Надя поняла, глубоко вздохнула.

«Что я делаю?» — произнесла она. Она встала, закрыла дверь, сделала чуть громче телевизор. Миша уже изнывал от желания и я дала ему волю. Он вскочил с кровати и стал запрыгивать на Надю, пытаясь поставить ее на четвереньки. Она недолго поломалась, отталкивала Мишу. Потом она вздохнула — «Ну, ладно…», стянула трусики, забралась на кровать и стала на четвереньки. Миша не отставал от нее ни на секунду, он сразу запрыгнул на нее, стал тыкать набухшим членам в ее ягодицы.

Тут я взяла контроль, потому что его движения были довольно бестолковы. Оказалось, что «попасть» вслепую довольно трудно, но Надя сунула руку между ног, и вдруг Мишин член вошел в нее. Он как с ума сошел, возбуждение захлестнуло его (да и меня), он долбил хозяйку яростно, спешил поскорее удовлетворить свои желания. Для меня эти ощущения были внове и я потеряла контроль от удовольствия. А Наде нравилось! Она пыталась сдерживать свои возгласы, но как она стонала! Миша трахал ее минуты три. За это время его член набух полностью, и он, засунув его целиком в Надину писю, замер. Я решила взять Мишу под контроль. Оказалось, что из собачьего члена течет почти все время соития. И я стала двигать тазом. Член Миши все время целиком был в Наде, но я продолжала трахать ее, испытывая при этом непрерывный оргазм. Будь я в своем теле, у меня бы, наверное, остановилось сердце от непрерывного потока наслаждения.

Через несколько минут Надя стала стонать громче, я тоже усилила ритм, чувствуя, что вот-вот что-то оборвется. Сложно описать. И тут Надя кончила. Она уже почти кричала, извивалась, выгибала спину и сама насаживалась на собачий член. И тут наступил пик собачьего оргазма. Удовольствие было таким сильным, что меня выкинуло из Мишиного разума.

Я пришла в себя в своей кровати. Эхо тех переживаний охватывало меня, я была возбуждена… Что я дела дальше с собой — мое дело, но с разумом Миши я сливалась с тех пор часто.