реклама

Свежие записи

Я тебя продал : Эротический рассказ

— Если ты меня опозоришь, порву, — в пол голоса говорит Хозяин, зашнуровывая купленный мне специально для этой встречи корсет. И я знаю — порвет, такое уже было, когда я была застигнута за мастурбацией, права на которую меня лишили в наказание. Черный корсет с открытой грудью, чулки в крупную сетку, черные босоножки на высоком прозрачном каблуке и даже ярко-алую помаду, придающую моей внешности откровенно пошлый акцент, покупал сам Хозяин. Сам же перед встречей одел меня и проконтролировал макияж. Хозяин продал меня на этот вечер другим Господам; накануне вернулся с работы с покупками, приказал примерить.

— Завтра я отвезу тебя в сауну, там будет трое Господ, ты будешь их шлюхой. Они развлечение оплатили, так что тебе придется отработать каждый их рубль, — сообщил Хозяин, когда я вышла через несколько минут из ванной, одев обновки, подкрасив губы и наспех уложив волосы. Я даже оторопела: мы не разговаривали о группе, тем более о продаже. Тут же я поплатилась за свою заминку — небольшая плеть, которую Хозяин всегда носит дома, заткнув за пояс, со свистом рассекла воздух и ошпарила мою голую задницу.

— Что ты должна ответить? — спросил Хозяин, как всегда спокойно, не повышая голос даже в минуты сильнейшей ярости. При этом плеть в замахе готова для второго удара. Но второго удара не будет: я уже успела справиться с удивлением и порядок больше не нарушу. Встаю на колени, складываю руки за спиной, голову держу прямо, но глаза смотрят вниз — я провинилась, и теперь сначала должна попросить прощения, а уже потом отвечать на вопрос.

— Мой Хозяин, я провинилась перед Вами, прошу Вас о наказании и прощении, — после этих слов наклоняюсь вперед, целую его ноги и кладу голову на пол, замираю. Как правило, порка следует незамедлительно только в случае серьезных проступков, сейчас же Хозяин просто ногой поддевает мою голову, показывая таким образом, что я могу встать. Наказание все равно последует, но не сейчас. Я поднимаюсь с пола, но остаюсь на коленях.

— Я благодарна Вам, мой Хозяин. Я сделаю все, что Вы прикажете — мое тело полностью в Вашем распоряжении.

Хозяин подходит ближе, поднимает мое лицо, смотрит с усмешкой, проводит пальцем по губам, размазывая помаду, вытирает испачкавшийся свой палец о мою щеку и наотмашь бьет раскрытой ладонью — от одного такого удара щека сразу начинает гореть.

— Выглядишь как шлюха, мне нравится, — подытоживает он, отходя от меня на несколько шагов. — Ты хочешь что-нибудь узнать о завтрашней встрече?

— У меня несколько вопросов, если Вы позволите, мой Хозяин.

— Спрашивай, — получаю я разрешение, и тут понимаю, что Хозяину действительно понравился мой вид: подойдя к комоду, он вынимает ящичек, в котором хранятся зажимы, цепочки и грузики — игрушки, используемые Хозяином, когда он хочет не столько использовать мое тело, сколько им упиваться. Я люблю эти игры. Они очень тактильные: руки Хозяина в течение всего времени находятся на моем теле. Он теребит мой клитор, вешая зажимы на половые губы; он сжимает и выкручивает мои соски, когда одевает на меня небольшой кожаный ошейник с цепочками с зажимами для груди и промежности; он шлепает меня по попе рукой, добавив к зажимам на половых губах несколько грузиков и наблюдая, как оттягивается нежная кожа на несколько сантиметров, и как вся эта конструкция качается в такт его шлепкам. Поэтому, увидев, что меня ждет, я раздвигаю пошире ноги, ощущая, что пизда уже просто тонет в собственной смазке.

— Вы будете принимать участие? — я очень волнуюсь, задавая этот вопрос. Меня никогда не трахало трое одновременно, и мне бы совсем не хотелось оказаться на подобной встрече без Хозяина в распоряжении посторонних мужчин.

— Пока что в планах привезти тебя в сауну и потом вернуться забрать — хочу завтра закрыть пару рабочих проблем. — От этого ответа у меня по телу пробегает холодок. Но в это время мой Хозяин подходит ко мне вплотную, присаживается, ставит ящичек с девайсами рядом на журнальный столик и запускает руку в мою хлюпающую пизду. Усмешка снова мелькает на его губах, — Течешь, шлюшка? Как же ты любишь, когда тебе вставляют… подстилка.

Одной рукой Хозяин трахает меня, загоняя руку глубже с каждым толчком, а второй выбирает подходящие зажимы. Я, немного сжавшись с пояснице, подставляю свою промежность этим рукам и тихонько стону от удовольствия — кричать в голос, как я любила, мне Хозяин запретил в первый же день знакомства. Наконец выбор Хозяина остановился на цепочке с металлическими зажимами для груди и небольшими очень тугими клипсами для клитора. Я, не сдержавшись, издаю стон разочарования, когда его рука покидает мою раздроченную дырку. Но у Хозяина благодушное настроение, поэтому за такую вольность я получаю лишь один удар (хоть и весьма ощутимый) ладонью по промежности, и опять я вижу улыбку на лице Хозяина.

— Все-таки ты такая блядь, — без упрека произносит он, и две легкие пощечины ложатся на мое лицо. — Что ты еще хотела спросить?

— Вы знакомы с теми, кому меня продали? — неучтивость построения вопроса я компенсирую взглядом, полным подчинения.

— С одним из них, поэтому отвожу тебя я. Я и сам хочу убедиться, что моя вещь будет возвращена мне в целости. — Хозяин произносит это таким тоном, что я сразу успокаиваюсь. Вообще-то рядом с ним я всегда ощущаю его защиту, и знаю, что как бы он ни называл меня, ни унижал и что бы со мной ни делал, любое неуважительное поведение в отношении меня со стороны постороннего человека будет пресечено в зародыше.

Мой Хозяин встает в полный рост и разрешает мне подняться с колен. Когда я встаю, берет за руки и сводит их у меня на затылке. Я сцепляю пальцы в замок и широко расставляю ноги — поза, при которой грудь оказывается выпяченной вперед, а задница аппетитно отставлена и приподнята, что еще больше подчеркивает туго затянутый корсет. Хозяин бьет открытыми ладонями по груди, после чего сильно сжимает и выкручивает оба соска. Я прикусываю губу, чтобы сдержать крик, дрожу от возбуждения, а Хозяин наслаждается моим видом и, отпустив соски лишь на долю секунды, тут же сжимает и выкручивает их с новой силой. Когда я не выдерживаю, я издаю протяжный стон. Мой Хозяин опять лишь секунду дает передышки моим соскам, после чего все повторяется.

— У тебя остались еще вопросы? — наконец спрашивает он, взяв с журнального столика цепочку и одевая зажимы сначала на соски потом на половые губы. Два глубоких вдоха позволяют мне адаптироваться к болевым ощущениям от зажимов.

— Да, мой Хозяин, — отвечаю я, следя за извлекаемыми из ящичка пятидесяти граммовыми гирьками.

— Задавай, — произносит мужчина и берет меня за руки и шею. Он наклоняет меня вперед, упирает вытянутыми руками в столик.

Я стою раком, раздвинув ноги, прогнувшись в спине и задирая жопу, чтобы были видны мои чуть отвисающие губы.

— Вы называли им мои табу? — я вздрагиваю от двух грузиков, один из которых был подвешен на цепочку ближе к зажимам на сосках, а второй — к зажимам на клиторе.

— Прекращай думать обо мне плохо, — растягивая слова, говорит Хозяин: он выбирает удачные звенья для новых грузиков: по два ближе к груди, по два к промежности. Последний грузик вызывает мой стон. Глубокие вдохи уже не действуют, клитор болезненно саднит, малые губы свисают на пару сантиметров. Но Хозяина это заводит, он подходит сзади, раздвигает руками мои ягодицы, чтобы лучше видеть промежность, чуть двигает моими бедрами, заставляя цепочку с грузиками тоже двигаться и конечно заставляя двигаться мои оттянутые половые губы. — Если вопросы закончились, я завтра приеду домой в семь и подготовлю тебя к встрече.

— У меня больше нет вопросов, мой Хозяин, — отвечаю я, и вскрикиваю от удивления — в мою попку неожиданно резко входит член Хозяина…

… И вот я в сауне в комнате для персонала на глазах этого персонала в одежде шлюхи получаю последние наставления: «Хозяином» никого не называть, своих правил не диктовать, быть послушной и терпеливой. Хозяин уже успел сходить познакомиться с теми, к кому я перехожу во владение на этот вечер, и передать им сумку с девайсами, привезенными Хозяином из дома. Вернулся спокойным: никакого неадеквата. Он встает передо мной и неожиданно нежно проводит рукой по щеке. И улыбается.

— Через два часа вернусь. — произносит мой Хозяин и одевает мне повязку на глаза. — К гостям тебя выведет Господин Олег, он сейчас спустится.

И я остаюсь ждать. Меньше, чем через минуту я слышу властный голос:

— Идем, гости заждались. Я Господин Олег.

Тут же сильная мужская рука берет меня за локоть и тянет в сторону двери.

По пути мы не разговариваем; когда открывается очередная дверь, и меня впускают внутрь, я физически ощущаю, как несколько мужчин рассматривают меня и оценивают. Господин Олег, проводит меня в центр зала и, надавив на плечи, заставляет опуститься на колени.

— Эта шлюха — наша вещь на этот вечер. Ебать как хотите, не калечить и шкурку особо не портить, — Господин Олег, говоря это, держит меня за волосы и поворачивает мою голову, видимо, давая другим присутствующим меня рассмотреть.

— Здравствуйте, Господа, — только и успеваю сказать я, потому что в рот мне сразу вставлен хуй. Я хочу начать сосать, помогая себе рукой, но моим рукам тоже быстро находится работа. Один член во рту, два дрочу руками — вокруг меня трое мужчин, которых я не знаю. Тот, что трахает в рот, вынимает член, и бьет меня им по лицу, потом плюет мне в рот и снова вставляет хуй, только теперь он берет мою голову и насаживает меня, пока не упирается в глотку.

— Промычи один раз, если да, два раза, если нет. — наклонившись ко мне произносит он, и я чувствую, как по моему лицу стекает его плевок. — Тебя в горло ебать можно?

Я честно мычу один раз, после чего получаю сильнейшую пощечину.

— Тогда и бери в горло, шлюха, — он начинает еще сильнее давить мне на затылок, заставляя меня расслабить гортань и пропустить хуй дальше, при этом продолжает осыпать меня пощечинами. Из-за столь активного траха моего рта, отвлекаться на два других члена не получается, да мужчины и сами это поняли, поэтому кто-то из них уже вставил мне пальцы в обе дырки и нещадно их раздрачивал. Из-за повязки, которая все еще оставалась у меня на глазах, определить местоположение третьего мне не удается. Зато первый Господин наконец дал мне найти то положение его члена, при котором он мог войти мне в горло. Снова пощечина, но уже мягкая:

— Молодец, шалава, быстро ориентируешься.

Он трахает меня в горло, с силой загоняя хуй, подолгу задерживая его во мне. Тот, что ранее сзади вставлял в меня пальцы, льет смазку и начинает тянуть мой анус, раскрывая его максимально широко вставленными в меня пальцами обеих рук. Я вою от боли с членом во рту, чем вызываю смех у моих мучителей. Тот, что спереди, вводит член мне в рот на всю длину и вжимает мою голову в пах: «Давай!», командует он второму. И мой анус тянут еще сильнее, вставив пальцы еще глубже, а на спину проливается горячий воск (вот, где был третий Господин — отходил за свечой). От боли я схожу с ума, но даже дернуться не могу: рот натянут на хуй, жопа крепко зафиксирована. Слышу смех троих мужчин; сначала отпускают зад, потом изо рта вынимают член, добавляют пару шлепков и пару пощечин, теребят за щеку: «Хороша шлюшка!». От испытанной боли я еле стою, повязка мокрая от слез. Продолжающий капать на спину воск я как-то уже почти не замечаю.

— Теперь сама соси, — говорит мне Господин спереди, взяв меня за волосы и подняв к себе лицо. Я нащупываю губами направленный на меня хуй и беру его в рот. Сначала скольжу по нему губами, насколько хватает глубины, не вводя в горло. Потом вынимаю, облизываю весь его, Господин помогает мне, направляя движения, подталкивает меня к самому основанию, и я вылизываю его яйца, заглатываю поочередно каждое и обсасываю. Все это я выполняю неторопливо и старательно — мой Хозяин еще вчера сказал, что я должна сделать все, чтобы Господа остались мной довольны. Пока я все это выполняю, мою задницу также неторопливо потрахивает один из Господ. Я замечаю, что на спину перестали падать раскаленные комочки воска, и тут же в мое лицо упирается второй член. Я начинаю вылизывать их оба. Потом беру в рот один из них, сосу, не глубоко, но быстро скользя плотно сжатыми губами по стволу, отмечаю про себя, что член в попе тоже стал ходить быстрее и резче. Чьи-то руки отстраняют меня от хуя, который я сосу, и тут же вставляют другой. Для меня никакой разницы, продолжаю сосать, лишь немного увеличиваю темп. Не имея возможности видеть тех, кто меня имеет, я сначала могла различать их по запаху, но теперь оба члена пахнут мной и похотью, а по размеру они похожи. Тот, что пристроился сзади, притормаживает, начинает медленно вынимать член, а потом резко вгонять его обратно, при этом одной рукой он сильно сжимает мое бедро, а во вторую он взял короткий кнут, которым иногда наносит очень болезненные удары по попе, бедрам, бокам и спине. Каждый такой удар заставляет меня вскинуться, выпустив изо рта хуй, тогда кто-то из Господ, у которых я отсасываю, берет меня за волосы, бьет по лицу и возвращает обратно.

— Давай в два смычка, — предлагает один из них второму. И в моем рту оказывается два члена. Сосать их неудобно, глубоко точно не взять, две руки лежат у меня на голове и регулируют темп и глубину минета. Со стоном кончает Господин, ебущий меня в жопу. Немного задерживается внутри, и я ощущаю пульсацию его удовлетворенного члена. Когда он выходит из меня, изо рта члены тоже вынимают, один из Господ отходит, меня разворачивают, приподнимают и кладут спиной вниз. Тот, что отходил, оказывается подо мной, его член тут же проникает мне в анус, в вагину входит второй подготовленный моим ртом хуй. На пятом толчке они улавливают темп друг друга и слаженно имеют меня в оба отверстия. Я ощущаю себя переполненной, такого я еще не пробовала и не ожидала, что мне понравится. Но синхронность их движений стимулирует все точки, которые есть во мне, я быстро приближаюсь к финишу. По грудному хрипу, раздающемуся и сверху, и снизу, понимаю, что они тоже близки к тому, чтобы кончить, но я не дождалась — оргазм накрыл меня волной дрожи и жара за мгновение до мужчин. Невнятной кучей тел мы лежим втроем на полу и приходим в себя.

Третий Господин (по голосу я догадалась, что это Господин Олег), уже отдохнув, приказывает мне встать раком и показать свои дырки. Я выбираюсь из-под мужчины, лежащего на мне, встаю раком и, ориентируясь на голос, разворачиваюсь.

— Раздвинь ляжки, — поступает указание. Опустив голову на пол, руками развожу в стороны ляжки и хорошенько прогибаюсь в спине. Господин какое-то время не произносит ни звука.

— Ну что, выпорем шлюху? — вдруг слышу я его голос прямо над собой, и в это же время чувствую, как по спине скользят языки кожаной плети. Господин Олег проводит ею зигзагами по всей моей спине, соскальзывает в промежность, которую я так и держу руками раскрытой. Я слышу, как встают и переходят на диван, к которому я и обращена своими щелями, Господа, отдыхавшие лежа на полу. Внутренне сжавшись, каждое мгновенье ожидаю удара, но Господин не торопится, дожидается, пока его друзья нальют себе виски, сядут на диван, обменивается с ними шутками о моей покорности. Ожидание пытки меня терзает, Господин Олег замечает это:

— Что, дрянь, хочешь начать порку?

— Да, пожалуйста, — отвечаю и прогибаюсь еще сильнее в спине.

— Шлюхи так не просят. Скажи, чего именно ты хочешь и убеди меня сделать это.

— Прошу Вас, выпорите меня, — произношу я и, на ощупь найдя ноги Господина, целую их. Этого недостаточно, его пальцы проникают в мой рот, я пытаюсь их вылизать, но он начинает ими трахать меня орально.

— Дай ошейник, — просит он кого-то из сидящих на диване. На моей шее щелкает замок тонкого кожаного ошейника с поводком-цепочкой. Господин Олег вынимает пальцы ноги из моего рта и за поводок тянет меня в сторону дивана. — У Господ тоже надо попросить разрешения на порку.

Я снова прошу разрешения быть выпоротой и вылизываю подставленные к лицу пальцы ноги кого-то из мужчин. Второй же просит меня развернуться, когда мой рот оказывается свободным: свою ступню он вставляет мне в пизду и немного трахает. Двое других одобрительно комментируют. Потом меня снова отводят в центр комнаты и Господин Олег приказывает принять ту же позу: головой лечь на пол, в спине прогнуться, ляжки раздвинуть руками.

— Считай до двадцати, — говорит он, и со свистом плеть опускается мне на спину.

Я аж подпрыгиваю на месте — рука у Господина очень тяжелая. «Рааааз!», — выкрикиваю я. Господин ставит ногу мне на лицо и снова с силой бьет меня плетью по спине. «Двааа!» — я протяжно взвываю и тут же получаю новый удар плети. К седьмому удару плетью я уже плачу в голос, спина горит, боль отдается во все тело, но я продолжаю считать. После десятого удара Господин начинает хлестать меня по всему телу: бедрам, ногам, бокам, два удара, ничуть не менее сильных, приходятся на промежность, сводя меня с ума болью. Слово «двадцать» я прорыдала и завалилась на бок, так как стоять даже раком не осталось никаких сил. Все тело мое саднит и болит.

Господам же, видимо, зрелище доставило большое удовольствие. Не дав мне отдышаться, еще всхлипывающую меня за поводок перетаскивают на диван, раскладывают так, чтобы голова оказалась на подлокотнике. Один тут же вставляет член мне в пизду, а второй затыкает мой рот, пропихивая член до упора. Трахают с упоением: тот, что спереди, берет меня за голову и в прямом смысле насаживает ртом на свой орган, сзади же мужчина поднимает мои бедра, сам встает сверху и долбит так, что мне кажется: проткнет насквозь. Потом они как-то хаотично меняются и ебут в рот и в жопу. Все это время они крепко держат меня — один за голову, другой за бедра, мне остается только стонать и хватать воздух, когда рот не занят. Кончают обильно, заливают спермой лицо и попу, после чего усаживают меня на диван, сами садятся с обоих боков.

Тут же мои ноги разведены третьим Господином. Он ебет меня не менее интенсивно, постоянно меняя дырки и с силой выкручивая мои соски. Я вою, но вместе с тем получаю не мало удовольствия. Боль тела после порки в мозгу смешивается с удовольствием, отсутствие зрительного контакта заставляет сосредоточиться на ощущениях, — все это приводит к феерическому оргазму, бушующему в моем теле не меньше минуты. Господин так возбуждается увиденным, что тоже кончает, его сперма горячим фонтаном ложится мне на живот. Меня стаскивают с дивана, чтобы Господин мог сесть. Я валяюсь у них в ногах, вся в их сперме, исполосованная плетью, с раскрытыми после ебли дырками, и моя промежность течет соком.

Я так и не увидела лиц Господ, которые меня отымели: Хозяин, приехав меня забирать, снял повязку с глаз только в машине. Дома меня ждала горячая ванная. Хозяин был непривычно заботлив, и по его взгляду я понимала, что он очень доволен мной. И, трахнув меня в рот перед сном, мой Хозяин наклонился и совсем мельком, будто смущаясь этой заботливости, коснулся губами моего лба:

— Отсыпайся, сегодня был длинный день.